Блог портала New Author

02. Сказка про Али, лампу, джинна и... про Хромую Козу. Часть II

Аватар пользователя Р. Тайгер
Рейтинг:
0

Ну, вот и продолжение сказки про Али и Хромую Козу... и если кто-то надеялся на счастливый конец, то он не за горами...))




Наутро Али проснулся только полудню, так хорош и крепок был его сон в первую ночь на его родной постели и после домашнего ужина, приготовленного для него матерью. Да он и не поднялся бы и вовсе два дня и три ночи, если бы не громкое блеянье козы под его окном.


- Ох, ну чего тебе? – всклоченная голова Али показалась из окна.


- Ты что, так и будешь спать весь день? А кто меня кормить будет? Кто мне воды принесет? – обиженно спросила коза, мотая головой, и ударила копытцем пустой кувшин.


Али сокрушенно посмотрел на соблазнительную постель, уж куда мягче она была, чем тюфяк набитый прошлогодней соломой в школьной каморке. Как же не хотелось ему идти к колодцу за водой, а потом на рынок за свежим сеном.


- А я как же? – буркнул Али, почувствовав, как свело живот от одного упоминания о еде, - А кто же мне принесет воды да лепешек? А я бы и от чая не отказался, а то все принеси то, принеси это…


Недовольно ворча, Али одел халат и завязал его поясом, поискал глазами туфли, и тут обратил внимание на лежавшую в самом углу старую лампу.


- О! Джинн, а Джинн, а ну-ка, сбегай-ка за водой! – Али схватил лампу и потер ее ладонью.


- Слушаю и повинуюсь, мой повелитель! – не слишком убедительно ответил Джинн, вытекая из лампы струйкой густого пара.


- Да ладно, ты же слышал, что мы хотим, - сказал Али, скрещивая руки на груди, - Давай, мне чаю и лепешек, а козе воды и сена принеси.


- Э нееее-ееет, - послышалось блеяние из-за окна.


- А что не так-то? – спросил ученик чародея, высовываясь в окно, - Какая тебе разница, кто тебе воду да сено принесет?


- А вот большая! – коза топнула копытцем и толкнула валявшийся перед ней пустой кувшин, так что тот с грохотом покатился по камешкам, которыми был вымощен двор.


- Да ладно, - махнул рукой Али и повернулся к Джинну, - Тогда быстренько сооруди мне чай да лепешек побольше. А за водой да сеном я и сам как-нибудь сбегаю.


Он схватил свою шапку и был таков за дверью. По дороге к колодцу Али запел любимую песенку о волшебных башмачках, которые унесут его через полмира, чтобы посмотреть всю остальную часть света, что кроется за высокими горами, окружавшими Золотую Долину. У самого колодца сидел старик. Борода его была такой длинной, что ею можно было подпоясать халат, будь он у старика. Но видно он был так беден, что ни халата, ни туфлей на нем не было. А на побелевшей голове его была всего-навсего потрепанная да вылинявшая на солнце тюбетейка. Старик поднял водянистые глаза на юношу и улыбнулся ему, обнажая источившиеся и полусгнившие от старости и болезней зубы.


- Доброе утро, тебе юноша. Счастлив ты, коли так весело поешь.


- Доброе утро и вам, дедушка. Скрывать не стану, счастлив и пою от того, что на сердце весело.


- Не наберешь ли для меня чарку воды, добрый юноша?


- А отчего ж нет? У меня ведро большое, тут на сотню таких чарок выйдет. А подставляйте, дедушка, - Али вытащил из колодца ведро полное воды и плеснул в чарку старика, - На доброе здоровье, уважаемый!


А про себя, Али прочитал коротенькое заклинание, которое подслушал когда-то у своего учителя, когда тот чай себе готовил, и в один миг вода в чарке старика превратилась в душистый горячий напиток, и вверх от нее потянулась тонкая струйка аромата.


- Спасибо тебе, добрый юноша. Пусть твоя чаша никогда не опустеет, - поблагодарил его старик и с неописуемым удовольствием на лице отпил волшебного чая из чарки.


Ну вот, где-то и чародейские штучки сгодятся, - подумал себе Али и поспешил обратно к своей Хромой Козе. Хоть и капризная она была, а все-таки родная душа, не даром же они столько лет дружили и никогда врозь не были. Принес Али целое ведро воды во двор и поставил перед козочкой.


- Ну вот, вот и вода тебе. Пей на здоровье, а я пока и сена раздобуду.


- Погоди, - сказала коза и помотала рогами, - Не ходи без меня. Пойдем вместе, я сама тебе укажу, какое сено покупать.


Али пожал плечами, ну что сделать с капризами? Дождался он, пока коза напилась воды, отвязал ее от колышка и повел с собой на базар. Обернулся бы он, так непременно заметил бы, что воды так и не убавилось в том ведре, из которого он наливал для своей козочки.


Утро базарного дня было всегда событием в городе. Не только торговый люд да народ с кошельками да без них прибывали на главную площадь города, но и циркачи, фокусники, а бывало, что и разбойники да воры, только никогда городской страже не удавалось изловить их, такими ловкими они были, и так скоро умели от стражников убежать. Говаривали, что был у них схрон далеко от города в горах, но никто не отваживался ходить туда.


- Ой, смотри, опять тот башмачник, что и вчера! – воскликнул Али, показав на лоток с красивейшими в мире туфлями всех расцветок и фасонов, - Эх, мне бы вот те, из золотой парчи… они мне точно по ноге бы пришлись. А какие, небось, легкие – взлететь можно!


- Это что, - проблеяла коза, вообще-то она бы и фыркнула, но козы фырчать не умеют, - Джинн тебе таких золотых туфлей хоть двадцать пар раздобудет, а ты его за лепешками посылаешь.


- А что, и пошлю за туфлями. А мне и не помешает, - Али заломил шапку на затылок и засмотрелся на ряды с дынями, сочным виноградом и персиками. Ах, вот бы сначала поесть до отвала самому, а потом можно бы и сена искать для козы. Но вслух он того не сказал, обидится еще, подружка его Хромоножка.


А коза как будто и впрямь сама знала, чего ей надобно на базаре. Повела Али прямиком к самому крайнему ряду, что у дворцовой стены и подошла к самому последнему прилавку, за которым, похрапывая, спал торговец сеном.


- Да что ты… да ну, - запротестовал Али, - Ты только глянь, у него же сено то цвета пыли под ногами, куда тебе такое? Пойдем, я тебе лучшего сена раздобуду. А за плату не беспокойся. Я один фокус знаю, можно из одного золотого вмиг два превратить, а потом и еще вдвое. Пока хватятся, что там всего-то один был…


- Ну ты уж как хочешь, а мне сено вот это самое нужно, - коза уперлась и ни в какую с места не двигалась.


- Ну, смотри… - Али постучал по шапке торговца и прикашлянул для солидности.


- А чего нужно? Проваливайте! – буркнул торговец и устроил голову на двух широченных ладонях.


- Уважаемый, а я вот как раз хотел спросить, не продадите ли мне сена на два четыре золотых, - вежливо спросил Али.


- Сена? Вот этого? Проваливай! Оно никому не нужное тут, не то что за четыре золотых, а и за грош! Я тут из года в год сижу, да видно век свой так и окончу, не продав ни пучка.


- Так, а вы мне его продайте, - заторопил Али, пока торговец опять не уснул.


- А тебе-то на что? Козе твоей такое сено и в помине не нужно. Разве что для подстилки…


Али потер затылок, решив, что фокусов показывать торговцу все равно незачем, коли продавать не соберется ему сена, и побрел было восвояси, да коза заартачилась, ни в какую идти не хотела.


- А тебе говорю, это сено купи. За любую цену, какую назначит, - упрямо сказала она.


- Мил человек, продай мне сено, а? Все, что хочешь, заплачу. Назови цену свою.


Человек поднял голову и посмотрел Али в глаза.


- А не обманешь?


- Да с чего мне обманывать то за сено? – улыбнулся Али, а в животе у него предательски заурчало, не мешало бы и позавтракать, а то он все утро только для козы своей старается, а у самого ни крошки маковой не было во рту.


- Ну, коли так, то слушай сюда. Сено это хоть затхлое, да больно уж нужно тебе, раз за ценой не постоишь. Плату за него не мне отдавай. А свезешь в горы человеку, кто посадил меня сюда торговать. А я тебе так скажу – ты малый, хоть и дурень, а добрый. Спасибо тебе. Ибо век мне торговать тут ничем и ни за что, если бы не твоя упрямая коза.


- Погоди, погоди! А что же платой то будет? – не понял Али, но торговец уже заторопился уходить и только махнул ему рукой в сторону гор – Там тебе и скажут. Только смотри, ты должен быть там не позднее нынешнего заката, а иначе беда будет тебе.


- Ну и что же мне с возом этим делать? – развел руками Али и посмотрел с укоризной на козу, - Домой на себе что ли волочь его? Ты-то вряд ли поможешь, даже если и наешься им до отвала здесь же.


- А ты не ворчи. Берись за оглобли, и тащи себе. Сам собой воз не прикатится, - деловито ответила коза и ущипнула немножко сена на дорожку, - Не ахти что, но лучше чем ничего.


- Да уж, хорошего сена тебе не захотелось, а вот такого пожухлого вот, пожалуйста. Эх, башмаки бы золотые на пятки, все веселее шагать было бы, - Али взялся за оглобли старого воза и едва сдвинул его с места – за годы, пока торговец пытался продать свое сено, колеса воза успели врасти в землю чуть не намертво.


К дому они пришли едва ли не к вечеру, таким тяжелым был воз, что с Али семь потов стекало ручьями. Он оставил сено во дворе, а сам взял ведро, в котором воду принес еще утром и облился из него, фыркая и смеясь от холодной воды и удовольствия. Поставил ведро наземь – глянь, а оно все еще полное.


- Вот дела, - наверное, так устал, что и привиделось, что обливал себя, пробормотал Али и опрокинул на себя всю воду из ведра. Поставил наземь, смотрит – а там воды по самый край снова, - Чудно. Мой учитель такого не умел делать.


- Эй, Али, ты еще долго плескаться то будешь? – нетерпеливо спросила коза, успевшая наесться сена, пока Али водой обливался, - Закат уж скоро, нам с платой идти надо.


- Да погоди же ты! Я и поесть, толком не успел!


- А ты собери свои лепешки в платок и завяжи его крест-накрест и бери с собой. Никуда они не денутся, - посоветовала коза, - И лампу не забудь с собой взять.


Али только и успел, что матери с отцом сказать про странный уговор с торговцем, да показать воз сена. Отец порадовался – будет, чем коз да корову их кормить, воз большой, на несколько недель хватит, а может и на два месяца. И вода, не иссякавшая в ведре, порадовала родителей Али, не во всяком доме и колодец есть свой, а у них вон воды полное ведро всегда.


Собрался Али, то есть сам-то как был, так и пошел, туфли крепкие, халат без заплат, можно хоть во дворец идти, не то, что к незнамо какому торговцу в горы. Сложил он лепешки, которые ему Джинн принес, да еще матушка напекла ему свежих к ужину, всех их завязал в платок, привязал лампу к поясу и пошел из дому.


- Эй, Али! Меня возьми с собой! – крикнула ему коза.


- Да куда же тебе в горы со мной, Хромоножка?


- Вот еще! Я с тобой в чародейской школе грамоту учила, пока ты лодырничал на школьном дворе на солнышке, а тут в горы пойти не могу. Бери меня с собой!


- Ну ладно… только ты уж давай не отставай. Нам успеть к закату нужно.


Так и пошли втроем. То есть Али и Коза Хромоножка, а Джинн преспокойно себе в лампе ехал за поясом у Али. Так шли они довольно долго, и городские ворота прошли, и сады, что раскинулись за городом, и в пустыню вышли, а горы все как были далеко на горизонте видны, так там и оставались.


- А может, Джинн нас туда принесет? – спросил Али, когда солнце совсем приблизилось к верхушкам гор, а сами горы все также и виднелись далеко на горизонте, - Эй Джинн, вылезай, хорош спать. Неси нас с козой к горам, туда, где неведомый торговец живет.


Джинн вытек густой струйкой дыма из лампы, и опять было сделал вид, что повинуется и весь внимание, но Али только указал ему на горы.


- И не притворяйся, что не слышал. Давай, неси нас живее к тому торговцу, чтобы не опоздать нам.


- Слушаю, и повинуюсь! – зевнул Джинн в ответ, сгреб Али и козу в охапку и взвился грозовым облаком в небо, только столбик пыли и остался от них на дороге.


И перенес их Джинн в горную долину, где синяя река протекала, такая быстрая, что даже лошади не могли перейти ее вброд, сбивало их с ног течением и тотчас уносило прочь. Там деревья росли огромные, а в обхват такие толстые, что и десять человек, взявшись за руки, не обхватили бы их стволы. А небо над той долиной было таким высоким и чистым, что казалось бесконечным.


Али огляделся вокруг и ничего не увидел. Никого и ничего.


- А где же… куда же ты принес нас? – спросил он у Джинна, преспокойно вернувшегося с в лампу, - Эй, так не пойдет, - он потряс лампу – но, сколько ее не тряси, если не потереть ладонью, Джинн имел право не откликаться на вопросы.


- Да что ты волнуешься. Вон, видишь тропинку, по ней и пойдем, - сказала коза и первой побежала по тропинке, прихрамывая на одну ногу.


- Ну ладно, - буркнул Али и пошел следом.


Так они шли долго, а солнце все не садилось, как будто время остановилось совсем в той долине. Коза устала, но ничего не сказала, только шаг замедлила настолько, что Али делал полшага, пока она три проходила. Пожалел Али подружку и взял ее к себе на плечи, все и быстрее будет.


- Куда путь держишь, добрый человек? – послышался голос, но никого не видно было.


- Да я тут к торговцу иду, плату обещал принести, - ответил Али, а сам оглядывается, кто ж его спрашивал.


- Ты не смотри, что не видишь меня. Я тут, в речке живу, я водный дух. Всюду бываю, все слышу.


- А может ты и торговца того знаешь, к кому я иду?


- Может и знаю, - ответил голос и прожурчал, насмехаясь, - А ты что же, так и решился прийти, не зная, какую плату он с тебя потребует?


- А что тут такого? Мне сена дали от его имени, для козы моей. А в долгу быть я не привык.


- Ну ладно, коли так. Слушай, вот там пройдешь еще чуток вперед, мост увидишь. Переходи через него, только вниз не смотри, сколько бы не захотелось. А то пеняй на себя. А как перейдешь, не оглядывайся, незачем это. Ступай дальше. Дом того торговца на горе за мостом.


Али пожал плечами странным советам Водного Духа, но так и поступил – как шел по мосту, то ни разу вниз не глянул, а когда ступил снова на землю твердую, то пошел себе.


- Али, а Али, ты бы обернулся все-таки. Сними меня с плеч, я зарубку оставлю на всякий случай, чтобы потом дорогу знать.


- Какую дорогу? – удивился Али, но послушался козу и снял ее с плеч. Она боднула рогом ствол дерева, росший у моста, и побежала снова впереди юноши, а тот как не оборачивался на мост, так и пошел за ней следом. А то ведь заметил бы, что мост то был волшебный – стеклянный, видно его было только с того берега, а с того, куда они пришли, он был незаметным, как будто не было его вовсе. Только по зарубке, сделанной козой, и можно было бы отыскать его снова.


Шли они еще долгое время, и уж давно дню пора закончится, а солнце как висело над шапками гор, так как будто и не собиралось опускаться. И вот наконец подошли они к воротам огромного замка, да не такого, какие Али видел в городе своем, да в книгах учителя. Тот замок был огромным и высоким, сложенным из ровных черных камней, один к другому так плотно подогнанными, что не было в его гладкой стене ни единой зазубрины, ни выступа.


Али постучал молоточком, подвешенным у ворот, ожидая с сомнениями, кто бы мог жить в таком черном замке.


На стук из ворот вышли стражники. Увидели они юношу и злобно сдвинули брови.


- Ты кто такой? И зачем тревожишь Хозяина нашего?


- Я Али, сын Рахмана. Я с платой пришел к торговцу. То есть, к человеку, от чего имени мне сено на базаре продали.


Стражники переглянулись, но тут из-за спины Али вышла Хромоногая Коза, она-то пока ждала, решила немного травки пощипать с клумбы замковой.


- Это твоя коза?


- Моя, - ответил Али.


- Идем, - сказали стражники, и повели юношу и его козу в огромный дворец, который скрывался за замковой стеной. Дворец тот был сложен весь из белого мрамора и так сверкали его белоснежные стены, что в пору было ослепнуть.


Али проводили в огромный зал, посреди которого стоял высокий золотой трон, а на троне сидел пожилой человек, выжидательно подперев голову рукой.


- Ты? – спросил человек, увидев вошедшего Али.


- Ну, да… собственно, я, - замешкался Али, но человек вовсе не к нему на встречу бежал, а к его козе Хромоножке.


- Тебя привели! А я уж и не верил, что Чародей сдержит свое слово!


- Простите? Какое слово? Это я дал слово. И я и пришел. А коза моя. Мне ее учитель отдал.


Али обернулся, но позади него стояла вовсе и не его Коза Хромоножка, а девушка, с веселыми карими глазами, темно-русыми волосами до пояса и такая красавица, что у юноши даже слов не нашлось, что сказать ей.


- Ну вот, батюшка, все и свершилось! А Чародей меня не привел, потому что, этот юноша вместо замков и золота для себя, как все нормальные парни, пожелал хромую козу получить в подарок. Вот так. Вот он и был моим наказанием, а вовсе не годы, которые я в школе у чародея козой бодливой провела, - и девушка весело рассмеялась и показала язык изумленному юноше, - Да, да, сущее наказание. То ему лепешек, то ему башмаки! Даже лампу с Джинном едва уговорила его купить.


- Так ты и Джинна привел? – спросил человек, обнимая одной рукой дочь за плечи, а другую, протягивая Али, - Спасибо тебе. Проси, что хочешь в награду. А пока будешь раздумывать, я слуг позову, чтобы они для нас пир устроили! Будь у меня гостем.


- Я Али, сын Рахмана… - неловко представился юноша, краснея под насмешливыми взглядами своей недавней подруги.


- Хорошо, хорошо, Али, сын Рахмана, я и отца и мать твоих не позабуду, - весело ответил человек, - А я Рамзан, я властитель Гор и повелитель ветров. Без моего слова и ведома, ни один ветер не подует в Золотой Долине и на всем свете. А эта насмешница моя дочь, Жасмин.


- Ну конечно же, как еще могут звать прекрасную дочь… - пробормотал Али и глянул в глаза дочери Повелителя Ветров.


- Друзья? - спросила она его и поцеловала в раскрасневшуюся щеку, - Прости мне за капризы.


- Друзья! - заулыбался Али и тоже поцеловал Жасмин в щечку.


Но, если кто подумал, что на том все и закончилось, ошибается очень.


Рейтинг:
0